Портфель для словесника

Информационный сайт Галины Степяк для учителей русского языка и литературы и их учеников

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

"Война и мир". Пьер Безухов: «Для чего жить и что такое я?»

E-mail Печать PDF
Рейтинг пользователей: / 3
ХудшийЛучший 

 

М.Г.Качурин, Д.К.Мотольская "Русская литература". Учебник
для 9 класса средней школы. - М., Просвещение, 1988, с. 277 - 279

«Для чего жить и что такое я?»

По иным жизненным дорогам, чем Андрей Болконский, шел Пьер Безухов, иные испытания он перенес, но им тоже всегда руководило желание «быть вполне хорошим». «Что дурно? Что хорошо? Что надо любить, что ненавидеть? Для чего жить и что такое я? Что такое жизнь, что смерть? Какая сила управляет всем?» - вот вопросы, которые пытается разрешить Безухов.

Образ Пьера был задуман как образ будущего декабриста. Вспомните, что в салоне Анны Павловны Шерер Безухов защищал перед ярыми монархистами идеи французской революции, восхищался Наполеоном, ошибочно видя в нем главу революционной Франции. Князю Андрею Пьер говорил, что пошел бы на войну если бы это была война за свободу.

Чувствуется, что Пьер особенно близок автору. Толстой говорит о своем герое, как говорят о любимом сыне, в котором и радует, и тревожит жадный интерес к миру, громадная энергия и почти детская непосредственность. Нечто отцовское слышится и в доброй иронии автора, часто свойственной словам его о  Пьере: «...Он всею душою желал то произвести республику в России, то самому быть Наполеоном, то философом, то тактиком, победителем Наполеона»,— говорит Толстой об устремлениях молодого Пьера. Но, не найдя еще истинного смысла человеческого бытия, Пьер свои недюжинные силы тратит на разгул в компании Долохова и Курагина, мечется, совершает ошибки и самую страшную из них — связывает свою жизнь с Элен. Человеческая подлость угнетает его, вызывает порой вспышки безудержного гнева.

Поиски правды и смысла жизни приводят его в масонскую ложу. Пьеру кажется, что в масонстве он нашел воплощение своих идеалов. Он проникается страстным желанием «переродить порочный род человеческий и самого себя довести до высшей степени совершенства». Идеи «равенства, братства и любви», мысль о том, что надо «всеми силами противоборствовать злу, царствующему в мире»,— вот что прежде всего привлекает Пьера в учении масонов, которое он понимает по-своему.

Пьер хочет действовать и прежде всего решает облегчить участь крепостных. Наивно думая, что ему удалось выполнить долг перед «жертвами», Пьер чувствует себя счастливым: «Я жил для себя и погубил свою жизнь. И только теперь, когда я живу, крайней мере стараюсь... жить для других, только теперь я понял все счастье жизни». Это важный вывод, который поможет Пьеру найти истинный путь в его дальнейших исканиях.

Разочарование в масонстве неизбежно должно было наступить. Карьеризм, ханжество, лицемерие, свойственные высшему свету, проникли и в среду «вольных каменщиков», как называли себя масоны. Не удивительно, что попытки Безухова привлечь «братьев» к более активному вмешательству в жизнь, к бескорыстной помощи страдающему человечеству привели его к разрыву с масонами.

Немеркнущим светом озарила жизнь Пьера поэтическая любовь к Наташе. Толстой показывает пробуждение этого чувства, сначала незаметного для самого Пьера, но постепенно сильнее и сильнее охватывающего все его существо. Нежная, бережная любовь, дружеское участие и молчаливое преклонение перед любимой девушкой — эти чувства возвышали Пьера над окружающими, казались ему самому столь же чистыми и величественно прекрасными, как звездное небо с яркой кометой, далекое от шумных и грязных улиц города.

Связанный узами брака с ненавистной Элен, Пьер понимает, что ему лучше не встречаться с Наташей. В жизни его наступает мрачная полоса разочарования в личном счастье, в общественных идеалах. Пьер перестает мечтать о республике в России, об освобождении крестьян и ведет образ жизни, типичный для отставного камергера, каких немало было в среде московского дворянства. Но его жизнь казалась лишь со стороны покойной и бесцельной. «К чему? Зачем? Что такое творится на свете?» — эти вопросы не переставали тревожить Безухова. Непрекращающаяся внутренняя работа, которая подготовила его духовное возрождение в дни Отечественной войны 1812 года, все время находится в поле зрения автора.

Огромное значение для Пьера имело непосредственное соприкосновение с народом и на Бородинском поле, и после битвы, и в занятой неприятелем Москве, и в плену. Он понял ту «скрытую теплоту патриотизма», которая была в нем и в каждом солдате, которая роднила его с простыми русскими людьми. «Солдатом быть, просто солдатом!.. Войти в эту общую жизнь всем существом, проникнуться тем, что делает их такими»,— вот какое желание овладело Пьером после Бородинского боя.

Эпохой в жизни Безухова стал месяц, проведенный в плену. Духовные и физические страдания научили его ценить жизнь, ее малейшие радости. Этому научил его и «солдатик Апшеронского полка» Платон Каратаев, сближением с которым Пьер особенно дорожил. В плену Безухов приходит к убеждению: «Человек сотворен для счастья».

Но именно потому, что Пьер это понял, он не может равнодушно видеть страдания других людей, проявление общественного зла. А зло на каждом шагу бросается в глаза. «В судах воровство, в армии одна палка, шагистика, поселения; мучат народ, просвещение душат. Что молодо, честно — то губят»,— такую краткую, выразительную оценку российских порядков дает Безухов в эпилоге романа. Так у Толстого нравственность человека выступает как нечто единое в частной и общественно-исторической жизни. Пьер приходит в тайное политическое общество; по замыслу Толстого, он должен был принять участие в восстании декабристов и поплатиться за это долгими годами сибирской каторги и ссылки.

 

А.Б.Есин. Сквозные темы в русской 
литературе
XIX XX веков. – М., 2009, с.73-77

Пьера Безухова роднит с князем Андреем душевная неуспокоенность, напряженность нравственно-философского поиска, но в сути характера это совсем другой человек. Если князь Андрей ценил себя едва ли не выше всего на свете, то в случае с Пьером, мы, наоборот, встречаемся с заниженной самооценкой. И, по Толстому, этот душевный настрой в человеке очень ценен, поскольку заставляет его стремиться к нравственному самосовершенствованию, искренне считать себя виноватым даже в том, в чём, казалось бы, вины человека нет. В этом смысле Пьер часто нелогичен, но в этой нелогичности проявляется голос натуры, совести. Так, после женитьбы на Элен, понимая уже, что сделал ошибку, что Элен – развратная и ничтожная женщина, Пьер неожиданно обвиняет в этом самого себя. «Но ведь это я сделал ее такой», - вдруг подумал он. И его вина в том, что он сказал Элен слова любви, которые по сути своей были ложью, хотя и невольной.

Женитьба на Элен – пожалуй, первое серьезное испытание для Пьера, заставляющее его задуматься над тем, «что хорошо, что дурно, что надо любить, что ненавидеть». В этой ситуации в конфликт вступает плотское, греховное начало с началом духовным. Желание Пьер принял за любовь, а это, по Толстому, не просто разные, а прямо противоположные вещи. Истинная любовь – это когда человек не берет, а отдает, и вследствие этого между двумя людьми устанавливаются прежде всего духовные отношения. Но Пьер не сразу приходит к этому убеждению. Поддаваясь ложным, по мнению Толстого, началам – плотскому вожделению, самолюбию и т.п., он должен был еще совершить поступок, которому сам впоследствии ужаснется – вызвать на дуэль Долохова и ранить его, то есть совершить самое страшное – посягнуть на чужую жизнь. После этой дуэли, за которую Пьер опять-таки винит только самого себя, у него в голове все смешалось. Натура Пьера состояла в том, что он всегда думал о других людях больше, чем о самом себе, стараясь не причинять им не то что боли или страдания, а даже малейших неприятностей. Для такого человека, конечно, его животная вспышка против жены и дуэль, на которой он чуть не убил человека, - настоящая трагедия, после которой естественно наступает состояние полного душевного смятения и хаоса. После дуэли и разрыва с женой Пьер не знает, для чего и зачем жить, что дурно, а что хорошо, склоняясь в отчаянии к признанию относительности всех нравственных истин. Но все же внутренний голос настойчиво говорит ему, что это не так. Именно в этот момент Пьер встречается с Баздеевым и приобщается к масонству.  Массонство привлекло Пьера двумя основными идеями, которые были созвучны его нравственным исканиям: идеей всеобщего счастья и идеей нравственного самосовершенствования. Это и были, в сущности, две задушевные мечты Пьера – стать лучше самому для того, чтобы принести мир и счастье окружающим. Кроме того, масонское учение прямо указывало на наличие верховного существа, в которого подсознательно верил Пьер. Эти положения масонства оказались для него настолько убедительны сами по себе, что отвратить его от них не могла даже практика, в которой не все было так убедительно и ясно. Многие шаги Пьера по воплощению в жизнь установок масонства оказываются наивными и безрезультатными; он видит, что многие масоны действуют не по внутреннему нравственному побуждению, а преследуют суетные цели завести знакомство в высшем свете, продвинуться по служебной лестнице и т.п. Все это тревожит Пьера, однако не настолько, чтобы он отказался от нравственных идей масонства. И все же мы чувствуем, что это еще далеко не конец идейных исканий Пьера. Чего-то ему явно не хватает, причём чего именно – до поры до времени не понимает ни читатель, ни сам Пьер. Для Толстого же изначально ясно, что «стать вполне прекрасным человеком» Пьеру мешает его принадлежность к дворянству – к классу паразитическому, оторванному от естественной жизни, в котором даже в лучших его представителях наблюдается гипертрофия личностного сознания. На том пути, по которому идет Пьер, неизбежно его приобщение к народной правде. И это приобщение начинает происходить во время Отечественной войны. Важно и показательно уже то, что во время Бородинского сражения Пьер оказывается в гуще солдат и включается в их жизнь на равных. Народ признает его за своего, любовно называя «наш барин». Но это еще только начало, и перед тем, как познать истинную философию народа, Пьеру приходится пройти еще через одно искушение – желание убить Наполеона. Вызванное неподдельным патриотическим чувством, оно все же смешно и нелепо для автора, потому что воплощает в себе ложную, по мнению Толстого, концепцию жизни, истории, согласно которой судьбы народа решает не сам народ, а выдающиеся личности. Это – проявление того самого индивидуализма, который Толстой считает главным пороком мира. Однако Пьер настолько симпатичен Толстому, что даже этот эпизод его биографии вызывает у автора не сарказм, а мягкую усмешку: Толстой показывает, как нелеп замысел Пьера и как нелеп он сам, когда путем разного рода натяжек пытается подогнать под себя апокалиптическое число 666, когда, маскируясь, остается в покинутой Москве и обдумывает планы убийства. В результате, конечно, все происходит не так, как наметил Пьер, а так, как требует его натура: оставшись в Москве, чтобы убить, Пьер совершает нечто прямо противоположное – спасает человеческую жизнь. Рассудочные построения уступают место живому состраданию.

Последующие события – плен, переживание расстрела пленных, знакомство с Платоном Каратаевым, тяготы этапного пути – стали решающими в нравственном развитии Пьера. В сцене расстрела пленных он испытывает очередной глубочайший кризис, когда кажется, что мир вокруг него обрушился: это бессмысленное убийство, совершенное людьми не по чувству ненависти, а по приказу, вновь повергает Пьера в хаос, он снова не понимает, в чем же смысл жизни, если в ней творятся столь бессмысленные дела. Но жизнь есть жизнь, и ложь в ней не отменяет истины. Успокоение в душу Пьера вносит Платон Каратаев. Его жизненная философия, представленная Толстым как философия русского крестьянства вообще, состоит прежде всего в том, что Платон ощущает себя как бы не отдельным существом, а лишь частью мира. То самое индивидуальное, даже индивидуалистическое сознание, которое воспринимается Толстым как проклятие дворянской интеллигенции, у Каратаева начисто отсутствует. Про него даже нельзя сказать, что он любит мир и людей, поскольку нельзя любить то, частью чего сам являешься. Каратаев находится просто в гармонии с миром, не думая о себе отдельно от него. Поэтому и смерть его не трагична и даже быстро забывается Пьером: жизнь или смерть отдельной личности – не трагедия и даже не событие в мире, где отсутствует личностное самосознание, где личность полностью растворяется в чем-то более всеобъемлющем.

Второе, что сильнейшим образом повлияло на Пьера, - это приобщение его к простой и естественной жизни с минимальными атрибутами цивилизации. Пока Пьер был богатым человеком, он не знал ни настоящего труда, ни настоящих лишений. Он никогда не был по-настоящему голоден, не знал настоящей усталости, физической боли и т.п. Поэтому он и не ценил по-настоящему тех простых и естественных благ, которые, по Толстому, только и нужны для человека: пищу, тепло, сон. Как ни странно, Пьер в плену чувствует себя гораздо более свободным, чем в светском обществе. Ощущая себя частью великого мира, он даже посмеивается над нелепостью того, что его держат в плену. Глядя на окружающий его пейзаж, на леса, поля, звезды, Пьер думает: «И всё это моё, и всё это во мне, и всё это я! … И всё это они поймали и посадили в балаган, загороженный досками!»

Важнейшим моментом нравственного развития Пьера в это время является то, что Пьер постигает смысл жизни не умом только (это, по Толстому, невозможно), но всем своим существом, какими-то таинственными, внерациональными путями. Не логический вывод приводит его к жизненной мудрости, а она как бы вливается в него без сознательных усилий с его стороны. Толстой выделяет главное, что понял Пьер за это время: «Пьер узнал не умом, а всем существом своим, жизнью, что человек сотворен для счастья, что счастье в нем самом, в удовлетворении естественных человеческих потребностей, и что все несчастье происходит не от недостатка, а от излишка». В это же время Пьеру открывается и понимание Бога, тождественного с самой жизнью: «Жизнь есть всё. Жизнь есть Бог. Всё перемещается и движется, и это движение есть Бог. И пока есть жизнь, есть наслаждение самосознания божества».

Человек приходит к нравственной истине путем отрешения от самого себя и приобщения к народной правде, в результате напряженных и бескомпромиссных духовных исканий – такова главная идея Толстого.

 

Дополнительно:

Пьер Безухов / Энциклопедия литературных героев. — М.: Аграф, 1997.

Нравственные искания Пьера Безухова в романе Л.Н. Толстого «Война и мир» / Амелина Е.В. Готовимся к экзамену по литературе: Учебное пособие. — М.: Оникс, Мир и образование, 2007.

«…Дать новое направление всему русскому обществу и всему миру» / Литература: Учеб. пособие для сред. спец. учеб. завед. — М.: Высшая школа, 1984.

Духовный путь Пьера Безухова / Литература. — М.: АСТ, 2002. — (Справочник абитуриента).

 

Следи за временем!

Авторизация

Просмотры материалов : 4122519

Кто на сайте

Сейчас 44 гостей онлайн

 

Всё, что должно произойти, 
обязательно случится.
В нужное время. В нужном месте. С нужными людьми.

"Что бы ни говорили пессимисты, земля все же совершенно прекрасна, а под луною и просто неповторима"

М.Булгаков "Мастер и Маргарита"


Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru